(no subject)

Германия единственная из европейских стран, в которой ничего не начинается. Альпы лишь задевают её край и, будто стыдясь, носят название Баварских. Рейн всего только протекает, а его исток и устье, по едкому замечанию Гейне, «крепко держатся» швейцарцами и голландцами. Боденское озеро тоже омывает самый краешек, а вся панорама швейцарских снеговых вершин с завистью рассматривается с северного берега. Зато раздолье для яхт, которым не препятствие озёрная гладь, разделившая пополам Рейн, верховья которого начинаются в Швейцарии. И Эльба, с её равнинами и теснинами, тоже только оканчивается в Германии. Хотя на ней стоит славный Гамбург, но и он далеко от моря, с которого начинается путь в большой мир. И Одер, Одра, тоже не полностью принадлежит Германии. Только Майн и множество мелких рек остались верны стране немцев. Правда, среди этих речек и крохотная Липпа, возле которой могучий Рим потерял свои легионы во время промозглого многодневного дождя.

Рим тоже только прикоснулся здесь, оставив крепости, из которых некоторые превратились в известные города – Кёльн, Майнц. И особо среди них стоит Трир, далеко на отшибе, на Мозеле, среди невысоких гор. Но при всей гордости потомков аборигенов, приобщённых две тысячи лет назад, к Риму, видна провинциальность закутка римского мира. Особенно это не только ощущается, но видно после посещения Италии и Рима.

Collapse )

Мой комментарий к записи «Арестован глава фракции «Единой России» в гордуме Воронежа» от…

Вообще, все последние уголовные преследования напоминают типичную чекистскую манеру замазать конкурентов в каком-нибудь деле, чтобы в нужный момент(например, при выборах или делёжке чего-то ценного) выкатить компромат. К настоящей борьбе с коррупцией это не имеет никакого отношения — обычные выяснения отношений в верхах, но способами, близкими к уголовным. Наверняка, приговор двум чуркам магомедовым имеет целью слегка укоротить потуги Д.Медведева на перерспределение власти. Ведь он-то как раз и "крышевал" этих чурок. Так что, не надо надеяться на что-то другое — "молодое вино не вливают в старые меха" (с).

Посмотреть обсуждение, содержащее этот комментарий

(no subject)

<script type="text/javascript" src="//rf.revolvermaps.com/0/0/8.js?i=5tej83ezo5l&amp;m=0&amp;c=ff0000&amp;cr1=ffffff&amp;f=arial&amp;l=33" async="async"></script>


(no subject)

«…Постой!» Лангер обернулся. Вильгельм Лангер внимательно смотрел на племянника. «..Если надо, я распоряжусь, чтобы тебя доставили на место на вертолете…» Лангер не успел подивиться, как услышал : «Ты можешь мне довериться на эти сутки полностью. Наверняка тебе дали контакты для непредвиденных обстоятельств. Так вот – я могу стать твоим самым надежным связным…» Лангер колебался недолго. «Хорошо. Запомни телефон, по которому тебе надо позвонить.» , - он произнес последовательность цифр, выученную им до того, как его вынесла резиновая лодка на Атлантический пляж, бухты Людерица. «…О, у тебя друзья на Кубе..» - не сдержался Вилли. «Или ты не спрашиваешь или я обойдусь без тебя», - неприязненно проговорил племянник. «Извини, извини…Что надо передать? Ведь номера телефона явно недостаточно!?», - ухмыльнулся дядя. 

Collapse )

(no subject)

Оказалось, хотя Йеннингер так и предположил, наблюдая за поведением русских, что их покойный приятель был автором многих статей в журнале, посвященном политике и экономике. Именно некоторые статьи Сергея о политике и стали поводом для ожесточенных споров, комментариев, среди которых попадалось много агрессивных. «Статья может стать поводом для убийства?», - Йеннингер вновь внимательно посмотрел на Пауля. Тот, помешкав, перевел. Русские тоже переглянулись, и женщина резко заговорила, мешая русские и немецкие слова. Йеннингер догадался о чем она говорит, по интонации ее голоса. По словам женщины, Марины, Сергею угрожали, но, разве можно было предположить, что закончится так трагически.

Йеннингер отпустил их. Затем отпустил и Пауля и задумался. В любом случае сведения об угрозах, переданных в дискуссиях по интернету – («Господи, чем занимаются вроде бы взрослые люди!?») - малопригодны для розысков по горячим следам. Способ, которым совершено убийство – несомненно, весьма профессиональной рукой! – наводил на неприятную мысль о преждевременности надежд на скорый поиск. 

Collapse )

(no subject)

«Кто вызывал полицию?», - заглядывая в распахнутую дверь кабинки, спросил Йеннингер. Полицейский и менеджер переглянулись, офицер сказал : «Звонил женский голос, сообщил, что их знакомый отлучился в туалет и не приходит. Слишком долго..» Йеннингер наклонился к сидевшему скособочено на стульчаке телу. Менеджер заглянул за плечо комиссара, приподнявшись на цыпочках, и вздохнул : «Люди, которые сидели за столом вместе с этим..мужчиной.. были очень обеспокоены, подозвали кельнера и..» «И?..» Менеджер отошел в сторону, чтобы пропустить большого Йеннингера. «Кельнер тут же сообщил мне...» «До вас никто ходил проверять в туалет?», - Йеннинер осматривался в тесном для него помещении, не глядя на своих сопровождавших. Офицер молчал. Менеджер снова сказал : «Я, как у нас написано в инструкции о действиях в подобных ситуациях, пошел в сопровождении кельнера в туалет..» «Больше с вами никто не ходил?» Менеджер вновь переглянулся с патрульным и покачал головой : «Нет! Никого не было. Я поставил официанта у двери в коридор…» - он показал рукой на дверь из залы – «у обеих…» – Йеннингер и офицер посмотрели в сторону дверей.  «…А сам прошел к запертой двери…» «Надеюсь, вы ничего не трогали?» Менеджер неуверенно ответил : «Я только подергал ручку двери. Она была заперта изнутри.» Йеннингер окинул взглядом невысокого черноволосого управляющего с высоты своего роста : «Надеюсь, открывать не пытались!?» «Нет! За дверью стояла такая неестественная тишина...» «Никто больше не приходил, пока вы смотрели?» «Я же уже сказал, что поставил своего сотрудника, чтобы он никого не пускал...» «Ну-с, хорошо…», - протянул комиссар: «А дальше вы вызвали полицию!?» «Да, я распорядился, чтобы Бригитта – она сидела на кассе – вызвала полицию, по возможности не поднимая шума.» «Когда точно вызвали?» «Простите, я не посмотрел на время...», - покраснел менеджер. «Плохо! Надо такие вещи запоминать!», - бесстрастно произнес Йеннингер и повернул голову к патрульному. «В двадцать три часа семнадцать минут…», - прозвучал ответ : «Звонок зафиксирован в двадцать три ноль четыре!» «Кто-то ушел за эти тринадцать минут из кафе?», - Йеннингер вновь принялся за управляющего. «Я не могу сказать наверняка...» «Тогда придется начать с опроса посетителей.» «Мы сразу, как обнаружили запертую дверь, приказали не выпускать никого.», - офицер показал взглядом на менеджера. Тот согласно закивал : «Мы предложили всем гостям остаться ненадолго в кафе и не расходиться. Потом приехал еще патруль – они уже вывели людей наружу.» «Всех?» «Как гостей, так и обслуживающий персонал.» «Ну-с..Продолжим...», - сказал вполголоса задумчиво Йеннингер. Увидев перед собой застывшего в нерешительности  менеджера, он добавил : «Подсчитайте кассу, в общем, прекратите работу. Придется вам, к сожалению вашему, помочь нам.» Менеджер все еще не трогался с места. «Пожалуйста, предупредите всех ваших сотрудников.», - отпустил его Йеннингер. 

Collapse )

(no subject)

...Убийство в часто посещаемом кафе взбудоражило не только округу, прилегавшую к Гогенцоллерн-Аллее, вплоть до Борнхайма, но и франкфуртскую полицию.

Комиссар Йеннингер, большой, полный, тщательно следивший за лысевшей головой, расхаживал по очищенной от посетителей большой зале, стараясь сосредоточиться..

Первый вызванный патруль сумел правильно сориентироваться в обстановке. Старший тут же вытребовал еще две машины и распорядился закрыть до прибытия бригады по расследованию главный вход в кафе, а затем и запасной. Не удовлетворившись просто запертой дверью в подсобном помещении,  пост  у нее выставили еще и на улице. 

Патрульные не выпускали никого из посетителей, покуда не приехал комиссар Йеннингер. Комиссар, захватив с собой старшего из первого вызванного патруля и менеджера кафе, прошел к месту происшествия. Он настоятельно попросил бледного управляющего пока что не вызывать владельца. Йеннингер не понаслышке знал, как присутствие хозяев затрудняет сговорчивость и наблюдательность работников. Тем более, когда самые первые интенсивные и никем не тормозимые усилия могли дать результат. И с каждой прошедшей минутой шансы поимки по горячим следам уменьшались вдвое. Поэтому недопустимы были всякие посторонние лица, интересы которых состояли лишь в максимальном сокрытие происшествия, то есть, всего того, что отрицательно влияло на прибыльность.

А обстоятельства самого происшествия и чутье подсказывали Йеннингеру, что здесь именно такой случай.

Collapse )

(no subject)

 ..И только здесь, в суровый этот миг,

  Исполненный величья и печали,

  Мы отделялись навсегда от них,

  Нас этт залпы с ними рузлучали.

  Внушала нам стволов ревущих сталь,

  Что больше нам не числиться в потерях,

  И, кроясь дымкой, он уходит вдаль,

  Заполненный товарищами берег...


И уходит уже насовсем этот берег... А в этом году струсившие потомки их не помянут Парадом...